По благословению митрополита Ростовского и Новочеркасского Меркурия
ГлавнаяАрхипастырьОбращенияГлава Донской митрополии митрополит Ростовский и Новочеркасский Меркурий. Уроки XX века. К столетию русской революции

Глава Донской митрополии митрополит Ростовский и Новочеркасский Меркурий. Уроки XX века. К столетию русской революции

Глава Донской митрополии митрополит Ростовский и Новочеркасский Меркурий. Уроки XX века.  К столетию русской революции
  1  фотография
0 видео

В течение всего 2017 года мы будем вспоминать столетие одной из самых неоднозначных дат в истории России. Русская революция – событие настолько сложное, что на его осмысление уйдут еще многие годы. Для нас же сейчас важно сделать некоторые выводы из этого урока, научиться не повторять те ошибки, которые сотрясали минувший век, и, одновременно, научиться ценить то хорошее, что в нем было.  

XX столетие стало временем катастроф не только для России. Наша страна заплатила самую высокую цену за кризис, который поразил все человечество. Антихристианские настроения предыдущих столетий принесли свои горькие плоды. Светский гуманизм, нравственный релятивизм, гедонизм и идеология потребительства, отвергнув идею Бога, как смысла человеческой жизни, поставив человека на место Творца, вскоре породили явные античеловеческие учения, готовые уничтожить миллионы людей ради достижения своих иллюзорных идеалов. Освободившись от морального императива, на свободу вырвались самые низкие человеческие страсти и пороки. Многим мыслителям минувшего века казалось, что сама природа человеческая подвергается фундаментальному переформатированию. То, что еще недавно считалось стыдом и позором, за какие-то считанные годы приобрело статус модного явления. И напротив, тот уклад жизни, в котором жили целые поколения, в одночасье был объявлен старомодным и потерявшим смысл. Итог был печальным. Масштабный мировоззренческий кризис вверг человечество в две мировые войны, которые унесли жизни немыслимого количества людей.

Братоубийственная война, революция и богоборчество особенно страшно отразились на судьбе нашей страны. У России накануне Первой мировой войны и революции был мощный потенциал. Страна была лидирующей аграрной империей, главным мировым экспортером зерновых. Шел бурный рост промышленного производства, по которому Россия занимала пятое место в мире. Темпы промышленного роста были настолько быстрыми, что если бы так продолжалось и дальше, то к 1930-му году наша страна могла бы уже стать мировым лидером.

В России был введен золотой рубль, который превратился в одну из основных мировых валют.

Совершенствовалось и рабочее законодательство, о котором президент США Уильям Тафт публично заявил: «Русский Император создал такое совершенное рабочее законодательство, каким ни одно демократическое государство похвастаться не может».

Национальная политика России того времени была одной из самых демократичных. Ее отличительным признаком была не колониальная эксплуатация (как было тогда у западноевропейцев), не интернационализм (как позже в СССР), не «плавильный котел» (как в США), а взаимовыгодное сосуществование равноправных народов, основанное на уважении общих нравственных ценностей. Многочисленные народы Империи имели обширные права и свободы. У Финляндии был свой парламент, конституция и множество привилегий. Азиатские, северокавказские и даже малые кочевые народы имели самоуправление с сохранением своих обычаев. Даже у бурятов, якутов и других сибирских народностей существовали степные думы. Приняв под свое покровительство армян, грузин и другие народы, искавшие в Российской Империи защиты от своих смертельных врагов, правительство России внесло умиротворение в вековые конфликты, обеспечив спокойное развитие малых народов. В числе российских министров были немцы, татары, армяне. В составе Государственной Думы числились представители всех народностей. В годы Первой мировой войны поляки, грузины, финны командовали армейскими штабами и корпусами. Даже мусульманские народы проявили свою верность интересам России. 

В начале ХХ века было введено всеобщее бесплатное начальное обучение, ежегодно открывалось 10 000 школ (уже в 1911 году их насчитывалось более 100 000, из них 38 000 церковно-приходских), в результате чего к 1922 году неграмотность молодого поколения должна была исчезнуть. В 1920 году, по советским данным, 86% молодежи от 12 до 16 лет умели читать и писать, но научились они этому до революции, а не в годы Гражданской войны. Гимназии имелись во всех уездных городах, чем не могли похвастаться многие европейские страны. Накануне войны в России действовало более ста вузов, в которых обучалось 150 000 студентов (во Франции того же времени – около 40 000 студентов). По уровню образования женщин Россия шла впереди Западной Европы: в 1914 году имелось 965 женских гимназий и Высшие женские курсы во всех крупных городах.

Русская наука была одной из самых прогрессивных. Достаточно вспомнить такие всемирно известные имена, как Менделеев, Лобачевский, Павлов, Мечников, Тимирязев, Пирогов, изобретатель радио Попов.

Русская культура впервые стала конкурентоспособной, даже французы ее называли одним из «чудес света». Вся Европа читала классиков русской прозы: Достоевского, Толстого, Чехова, Бунина. Во всем мире славилась русская музыка: Чайковский, Мусоргский, Римский-Корсаков, Рахманинов, Гречанинов, Стравинский. Сценические искусства прославляли Шаляпин, Кшесинская, труппа Дягилева. Иностранные художественные галереи с восторгом принимали Нестерова, Васнецова, Кустодиева.

 Все, что нужно было нашей стране для дальнейшего триумфа, это спокойное развитие. Недаром же великий русский министр Петр Аркадьевич Столыпин говорил: «Дайте нам 20 мирных лет, и вы не узнаете России». Даже Ленин признавал, что при успехе Столыпинских реформ революция в России будет невозможна. Ту же опасность выражал и Троцкий, констатируя, что если бы реформы были завершены, «русский пролетариат ни в каком случае не смог бы прийти к власти в 1917 году».

 

Предреволюционное время было периодом наивысшего расцвета и Православной Церкви, ее культуры, храмового зодчества, богословия. В Донской и Новочеркасской епархии к тому времени действовало 911 приходских церквей. В одном только Таганрогском викариатстве служило около 2,5 тысяч клириков (!).

Революция 1917 года и последовавшая за ней Гражданская война разрушили все, чем крепла и прирастала земля наша. Но самое ужасное, что вместе с поруганием духовных основ были уничтожены миллионы людей… лишь за то, что сохраняли связь с традиционным для них укладом жизни.

Будучи жителями Донского края, мы должны вспомнить, что события эти оказались переломными и в судьбе нескольких миллионов казаков.

Общая численность казачества в 1917 году составляла, по некоторым данным, почти 7 миллионов человек. Из них войско Донское насчитывало более 2,5 млн. казаков. В основном это было сельское население, даровитые и работящие люди, ведущие земледельческий образ жизни и несущие еще при этом воинскую повинность. За свою ратную службу они щедро награждались земельным обеспечением. Весь уклад их жизни был связан с родом, с землей, с верой и традициями. И именно по ним каток революции прошелся особенно тяжело, последствия чего мы можем до сих пор наблюдать, хотя прошел уже почти век.

События февраля 1917-го года потрясли до основания казачье сословие, породив колебание умов. Ведь после отречения Государя Императора было разрушено централизованное управление казачьими войсками. По этой причине основная масса казаков длительное время находилась в неопределённом состоянии, не понимая, что происходит, не принимая участия в политической жизни страны.

Между тем, тогдашние политики пытались воспользоваться этой растерянностью, шантажируя казаков прелестями «новой жизни». Чем для них явилась эта «новая жизнь», мы с вами все хорошо знаем по процессу расказачивания. Однако пропаганда большевиков принесла свои плоды. 7 декабря 1917 года II Съезд Советов выпустил «Обращение к трудовому казачеству» и в конце 1917 – начале 1918 гг. донские казаки приняли сторону большевиков.

Но тут стоит оговориться. Во многом это было сделано не по политическим соображениям, а из желания мирной жизни, желания прекратить войну, в которой казаки участвовали с 1914 года. Однако их надежды на мир и благоденствие были жестоко обмануты. Слишком традиционным и духовно крепким для новой власти казалось казачье сословие. Уже в феврале 1918 года в ответе Донскому Кругу командующий Северным отрядом Саблин предписывал, чтобы «казачество как таковое было уничтожено».

Установление в 1920 г. на Дону Советской власти стало для всего казачества, для верующих и духовенства большим испытанием. Шаг за шагом уничтожалось все, чего достигла Донская земля за время своего существования. В начале 20-х гг. были закрыты все домовые храмы, большинство из которых находилось в учебных заведениях и медицинских учреждениях.

В 1922 г., в ответ на инициативу Святейшего Патриарха Тихона, призывавшего верующих помочь голодающим, по распоряжению советского руководства, не считавшегося с чувствами верующих, в Донских церквях было проведено изъятие всех ценностей. Данные статистики просто поражают воображение. По документам было изъято более 11 кг золота, более 8 тонн серебра, 16 кг риз с драгоценными камнями, более полутысячи бриллиантов, шесть тысяч алмазов, более двух с половиной тысяч изумрудов, целый фунт рассыпного жемчуга и мн. др. Это было подлинное сокровище Дона, собранное многими казачьими поколениями.

Казалось бы, если это все пойдет в помощь голодающим, то и слава Богу! Может быть, тем самым, донские церковные богатства спасут миллионы жизней. Ведь именно эту мысль преследовал Святейший Патриарх Тихон, благословивший помочь голодающим. Однако большевики не собирались направлять эти средства на борьбу с голодом. Более того, драгоценности были использованы новой властью для оплаты труда тех деятелей, которые и осуществляли изъятие. Таким образом, так называемая «народная власть» просто ограбила донские казачьи церкви, изъяв все, что в них жертвовалось многими поколениями казаков. 

Но для верующих людей материальное ограбление храмов не было самой важной потерей. Гораздо страшнее было то, что вместе с изъятием церковных ценностей большевики производили осквернения православных святынь. Их целью были не столько религиозные сокровища, сколько сама вера казаков, которой новая власть стремилась лишить казачество не меньше, чем драгметаллов.  

В 1923 г. храмы Ростова-на-Дону, Новочеркасска, Таганрога и других донских городов стали свидетелями безобразных кощунственных выходок, по улицам прокатились антирождественские и антипасхальные карнавалы. За всю свою историю Дон, повидавший многое, подобное видел впервые.

Желая изнутри уничтожить церковную жизнь, безбожники спровоцировали церковные расколы на Дону. Многие священники Дона, в большинстве случаев по неведению, оказались во власти обновленческого епископата. К 1923 г. в Ростове-на-Дону, по свидетельству протоиерея Иоанна Цариненко, похороненного по левую сторону от входа в Ростовский кафедральный собор Рождества Пресвятой Богородицы, верной Святейшему Патриарху Тихону оставалась только одна Благовещенская церковь. Но и ту вскоре большевики передали обновленцам. Только хиротония в 1923 году в епископский сан протоиерея кафедрального собора г. Новочеркасска Захарии (Лобова) – ныне священномученика – способствовала организации сопротивления большевицкой провокации и положила конец церковному расколу. Православный Дон, очнувшись от оцепенения, возвратился под омофор Святейшего Патриарха Тихона.

С самых первых дней революционных потрясений Донская земля омылась кровью новомучеников и исповедников. Сегодня известны имена 25 священнослужителей, убитых без суда и следствия только за то, что они носили крест и рясу.

В 1920-1930-е годы на Дону были репрессированы 9 епископов и, по предварительным подсчетам, около 267 священно- и церковнослужителей (!).

Большая часть священнослужителей были расстреляны в 1937 г. по обвинению в принадлежности к сфальсифицированным «белогвардейским церковно-монархическим контрреволюционным организациям».

Таким образом, первые двадцать лет большевистской власти и антицерковного террора имели катастрофические последствия для Дона. Была порушена социальная жизнь, семейные связи, духовная традиция. Все это прекрасно отражено на страницах великого романа Михаила Александровича Шолохова «Тихий Дон». Волна богоборчества, вероотступничества и братоубийственной злобы захлестнула Дон.

Однако попущенные Богом страдания и потери воистину стали судом, побудившим жителей Дона совершить нелегкий, но необходимый путь очищения. Омытые кровью мучеников и невинноубиенных, они не закоснели во взаимной вражде, расколах и ненависти. Когда в 1941 году новая опасность надвинулась на Родину, распри были забыты, народ встал на защиту своего Отечества.

Все мы знаем о героических подвигах жителей Донского края в годы Великой Отечественной войны. Их не сломили ни тяжкие бои Миус-фронта, ни оккупация большей части территории, ни угон населения в Германию, ни массовые расстрелы.

Донские казаки, в большинстве своем, остались верны своему патриотическому чувству. Немедленно были созданы казачьи части, как регулярные, в составе Красной армии, так и добровольческие, составленные из числа казаков, которые хотя и не подлежали призыву на военную службу, но приняли активное участие в боевых действиях против немецко-фашистских захватчиков.

Здесь вспоминается пример донского казака Константина Недорубова, Героя Советского Союза и полного Георгиевского кавалера, который пошел на фронт добровольцем в возрасте 52 лет. До конца дней он носил золотую звезду Героя вместе с Георгиевскими крестами. И это лишь один случай из множества подобных. Звание Героя Советского Союза получили 262 донских казака. Семь кавалерийских корпусов и семнадцать дивизий получили наименование гвардейских.

Во время Великой Отечественной войны в Ростовской области было открыто 240 храмов. Подавляющее их число – около 200, что составляет более 85%, – возобновили свое служение в период оккупации. Именно тогда вновь стали совершаться богослужения и в Ростовском кафедральном соборе Рождества Богородицы, закрытом в 1936 г., а также в Новочеркасском Вознесенском войсковом соборе. Эти храмы были постоянно полны молящимися.

Понятно, что фашисты позволяли православным храмам свободно действовать на оккупированных территориях, рассчитывая на некоторую идеологическую лояльность со стороны Церкви. Но они серьезно просчитались, недооценив менталитет православных казаков. Донское духовенство, призванное священнодействовать после долгих лет забвения, вместо потворствования замыслам оккупантов, напротив, внесло большой вклад в поднятие патриотических настроений у местного населения и делало все возможно для скорейшей Победы над врагом.

Так, по инициативе протоиерея Ивана Ивановича Васильева были собраны средства и построен танк «имени Православных Дона», который был передан частям генерала танковых войск Лазарева. Деятельность протоиерея Васильева была отмечена благодарственной Правительственной телеграммой от главнокомандующего.

Священник Иван Устинович Колесников сумел организовать сбор средств и передал на оборону страны 48 тыс. руб. Его деятельность также была отмечена «приветом и благодарностью» от имени руководителя страны и всей Красной армии.

Священник Лавр Иванович Тамаров из личных средств внес 8000 руб. на танк, а сразу после войны собрал 1000 руб. пострадавшим от немецких оккупантов семьям.

Три донских священника были награждены медалями «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.». Некоторые донские священнослужители даже имели реальные боевые награды. 

Однако после войны череда испытаний для веры нашего народа еще не завершилась. Вторая волна гонений на Церковь, получившая название «хрущевская оттепель», хотя и не была кровавой, но стала не менее разрушительной по своим последствиям. Именно эта волна доразрушила множество уцелевших церквей и воспитала послевоенное поколение людей в безбожии: вспомните, как люди старшего возраста, уже четверть века живущие сегодня в ситуации религиозной свободы, снова и снова вспоминают то время, когда их учили атеизму.

В эпоху хрущевских гонений с 1953 по 1964-е гг. на Дону было закрыто 166 церквей (!), уничтожено значительное число храмовых зданий, являвшихся в сегодняшнем понимании памятниками архитектуры. Среди закрытых и оскверненных храмов того времени и Благовещенская греческая церковь, которую в 1959 году за 28 дней ограбили, а общину попросту разогнали, несмотря на многочисленные протесты прихожан. Так что даже после войны верующие могли только мечтать о передышке.

Конечно, ретроспективно взглянув на то тяжелое время, легче всего бросить в него камень, проклясть всё, чем жила страна в эти нелегкие для религиозной свободы годы. Но осмысление данного периода не должно нас отталкивать от того хорошего, что было в жизни нашего многострадального и терпеливого народа. Ведь в истории страны, как и в судьбе человека, было всё, и хорошее, и плохое: страшные годы и героические моменты, социальные несовершенства и научные открытия, спортивные достижения.

Благодаря мужественному подвигу жителей нашего региона, после тяжелейших боев и разрушений Великой Отечественной войны, Ростовская область быстрыми темпами стала восстанавливаться. Уже 1 июня 1945 года на улицы города выехал первый трамвай. Через два года был восстановлен Ростсельмаш и началось производство нового типа комбайнов. Восстанавливались и другие предприятия, и другие части города. К концу 40-х было сдано в эксплуатацию почти 400 восстановленных и заново отстроенных зданий, среди них театр имени М. Горького, Лендворец, Дом Советов, Дворец культуры «Ростсельмаш». Была благоустроена городская набережная, построено множество новых школ, техникумов, вузов.

В 1957 году в городе открылся цирк, который был одним из лучших в СССР. Стали выпускаться и новые газеты: например, «Дон», редакторами которой были Михаил Шолохов и Константин Паустовский. В 1954 году в Ростове-на-Дону было более 500 библиотек, крупнейшей из которых являлась Донская публичная, в которой находилось более 1 миллиона книг.

В 60-х годах в Ростове-на-Дону успешно развивалась основа образования – школа. К началу 70-х гг. количество средних школ достигает 75. В городе появляются новые вузы: консерватория имени С.В. Рахманинова, Донской государственный технический университет, Ростовский государственный университет. Одним из первых в стране начал работу над проблемой пересадки органов человека коллектив учёных Ростовского мединститута. Выдающимся событием в жизни города и всей области стало присуждение в 1965 г. Нобелевской премии по литературе М. А. Шолохову, многие страницы жизни которого связаны с Ростовом. Были построены крупные жилые массивы – Западный, а затем и Северный. Фактически площадь жилого фонда города за три десятилетия после войны более чем удвоилась. Были построены новые вокзалы: железнодорожный, речной, автомобильный, аэровокзал. В городе появилось много новых скульптурных памятников и мемориальных ансамблей, среди которых одним из лучших в стране стал ростовский памятник А.С. Пушкину. В 1987 году Ростов-на-Дону стал одним из городов СССР с численностью населения более миллиона человек, находясь по этому показателю на 23 месте в стране.

Нам есть чем гордиться! И было бы несправедливо отказываться от героического труда и подвига советского народа в эти годы по причине тяжелейших испытаний или ошибок, совершенных нашей страной под влиянием коммунистической идеологии.

Но что стоит точно сделать – это преодолеть и изжить советские комплексы и безбожные привычки. Духовные последствия советского периода страшно поразили ум нашего народа, но не испортили его сердце. Если мы сегодня сможем преобразить этот ум, сможем изменить подход к жизни, изменить отношение друг к другу, к нашей культуре, к вере, то у нашего народа еще будет великое будущее, несмотря на все тяжкие грехи прошлого. Недаром же греческое слово «покаяние» буквально означает «полная перемена ума»!

В конце 80-х-начале 90-х гг. Русская Православная Церковь получила возможность начать долгий и сложный процесс возрождения духовной, образовательной и социальной жизни. Это было время поиска новых форм миссии, время сложных вызовов, непростой экономической ситуации. На смену отживающей коммунистической идеологии пришла новая, либеральная парадигма.

Как оказалось, либеральные ценности тоже были далеки от совершенства. Главной их ошибкой стала вседозволенность, относительность нравственных ценностей, когда мерой истинности всего происходящего становились человеческие страсти, а основным критерием жизни стала целесообразность и выгода. Подобный подход проник во все сферы жизнедеятельности страны: в политику, в бизнес, в культуру, в образование. В духовной жизни метаморфозы, которые происходили с нашей страной в эти годы, выразились в разгуле сект, зарубежных проповедников, оккультизме, настоящей эпидемии безнравственности. России понадобились годы, чтобы узреть подлинное лицо этой, с позволения сказать, свободы, граничащей со вседозволенностью, полной безотчетности перед всеми и во всем.

Сегодня мы переживаем не менее сложное время, полное вызовов, требующее от нас мудрости и большого труда.

Очень быстро, по историческим меркам, мы вошли в период так называемого «возрождения», когда исторический момент потребовал от нас живого и деятельного участия в восстановлении ранее порушенного. И восстанавливать нам сегодня приходится, как говорят в известной церковной пословице, не только «бревна», но и «рёбра».

История дает нам шанс не разрушать, а строить… строить храмы, восстанавливать монастыри, приводить к служению молодых и образованных священников. Но еще более важной задачей, в этот исторический отрезок времени, становится вопрос духовного образования людей. Поэтому с таким вниманием мы относимся к вопросам организации воскресных школ, духовно-просветительских центров, выстраивания полной системы религиозного образования: от детского сада до вуза. Хочу отметить, что с разным успехом, но этот процесс происходит по всей России и, конечно же, он заметен в нашем казачьем регионе.

Сегодня в Ростовской области успешно функционируют 6 казачьих кадетских корпусов, 5 казачьих профессиональных училищ, около 200 общеобразовательных учреждений со статусом «казачье». Был открыт филиал Первого казачьего университета, что позволило создать кластер непрерывного казачьего образования, построенного на воспитании образованного и духовно грамотного человека. Отрадно, что это удается осуществить. Абсолютное большинство выпускников наших казачьих учреждений успешно поступает в высшие военные училища. Подобное желание служить России не может не радовать.

Наравне с этим идет и процесс воцерковления казачества. Ведь казак – это, прежде всего, православный воин, надежда и опора Отечества и Церкви.

Возрождение казачества – очень тяжелый и длительный процесс. Почти 70 лет казачья тема была «неблагонадежной», значение казачества для страны всячески принижали, традиции и обычаи свели к банальному фольклору или вовсе высмеивали. По этой причине многие казаки даже сейчас боятся или стесняются приходить в храмы, участвовать в Таинствах, открыто исповедовать себя православным, причем не только в словах, но и, прежде всего, в делах. Советские годы и безбожные эксперименты не прошли даром. Поэтому перед казаками сегодня стоит задача возрождения и своего воинского уклада, и основ духовной жизни. Отрадно в этой связи отметить, что казаки сами посещают духовно-образовательные курсы, знакомятся с основами православной культуры посредством учебного предмета, который присутствует в основной сетке учебного расписания во всех образовательных учреждениях со статусом «казачье».

В 2016 году мы отмечали знаменательную дату — пять лет основания Донской митрополии. Это тоже определенный урок для истории Донского края.

Статистика не может не радовать: 416 действующих храмов и 3 монастыря, 253 воскресные школы, 84% семей донских школьников, выбирающих для своих детей изучение основ православной культуры (при том, что по стране этот показатель составляет менее 50%), бакалавриат и магистратура по специальности «Теология» в Донском государственном техническом университете – вот только некоторые зримые итоги. Но нам предстоит еще многое пройти и многое сделать. Ведь, как говорится, ломать — не строить. Чтоб искалечить душу народа, достаточно выбить из колеи хотя бы одно поколение людей, а чтобы вернуть его на место, понадобятся многие годы и усилия. 

Уроки истории Донского края показывают, что Церковь не только прошла через горнило испытаний, но и обновилась через кровь новомучеников и исповедников. И мне кажется, что главным итогом и главным уроком самого кризисного столетия в истории нашей страны стала способность нашего народа очистить свою душу от вражды и розни, найти в себе силы к исправлению ошибок прошлого, обрести силы для любви и созидания и, тем самым, получить новые исторические горизонты и перспективы.

 

293 просмотра