Уважаемый Юрий Борисович! Ваши Преосвященства! Уважаемые участники форума: педагоги, руководители образовательных учреждений, родители!
Тема для обсуждения на форуме сформулирована предельно точно применительно к сфере образования: «Время, решения, действия». Три слова, в которых не предполагается места для отвлеченных рассуждений. Наше время действительно требует решений, а решения, в свою очередь, — ответственных действий. В контексте заданной темы позвольте остановиться на одной из важных составляющих «времени, решений и действий» — патриотическом воспитании.
Однако в нашей словоохотливости на заданную тему, скрывается и определённая опасность. Любое слово, в том числе и слово «патриотизм», если его произносить слишком часто и слишком легко, может постепенно потерять свой содержательный вес, может превратиться в привычный фон, в пустую формулировку. Оно может стать ответом, который ученик знает наизусть, но который очень далек от опыта его жизни и набора комплекта образующих его ценностей. Патриотизму нельзя научить просто запомнив заданный параграф. Он гораздо сложнее любых методических рекомендаций.
Так что же такое патриотизм? С чего он начинается? В жизни ребенка он должен начинаться с того самого момента, когда география становится биографией. Когда улица становится не просто точкой на карте, а адресом, где стоит твой отчий дом. Когда река — это не просто объект из учебника, а место, куда тебя впервые привел отец. Когда храм — это не просто красивое архитектурное сооружение, а пространство, с которым связаны самые живые и глубокие переживания. При таком отношении даже погост становится местом светлой памяти и территорией, через которую прослеживается связь поколений. Патриотизм начинается тогда, когда все вокруг ребенка становится свидетелем его первых шагов, первой любви, первого труда, первой радости и первых переживаний
Как же возможно привить ребенку такое глубокое проникновенное восприятие патриотических сентенций? Отвечая на этот вопрос, мы неизбежно переходим к разговору о роли семьи.
Академик Дмитрий Сергеевич Лихачёв очень точно связывал любовь к стране с тем, что он называл «малым кругом», который с первых лет жизни окружает ребёнка. Под «малым кругом» он подразумевал школу, родной двор, родительский дом, но, прежде всего, семью. Большая Родина всегда входит в жизнь ребенка через родину малую. И мне кажется, что именно отсутствие навыка ценить малое, видеть в нем по-настоящему ценное, великое, уникальное, приводит к девальвации патриотических ценностей на более крупном контуре. Обратите внимание, когда мы видим уехавших из нашей страны людей, так называемых релокантов, покинувших Россию с началом СВО, больше всего нас поражает то, до какой степени они готовы льстить даже самым гнусным явлениям своей новой зарубежной жизни, и с какой строгой мерой, почти с ненавистью, относятся к собственной стране, в которой родились, выросли, получили образование. На мой взгляд проблема именно в отсутствии любви к «малому кругу». Происходит это от того, что биография (как говорят) «не бьется» с географией. В великих словах о любви к Родине они не слышат того самого «малого», из которого и создается все великое. А позже, напитавшись различных инородных стереотипов, такой человек вынужден уже всю свою жизнь «воевать» с тем, что ему дано изначально, — со своим языком, культурой, историей, верой, народом, страной. Он превращает свою душу в поле бесконечного внутреннего конфликта. Ибо то, что для нас с вами Дар – для него чуть ли не проклятье. Он желает быть с кем угодно, только не с нами. Потому так важно усвоить: патриотизм начинается с идентичности. А идентичность — с ответа на простые вопросы: Кто я? Чей я? Кто такие «мы»? Кто такие «они»? Что было здесь до меня? И что я сам после себя должен буду оставить?
Очень важно, чтобы ребенок с детства перенимал опыт именно такого живого патриотизма, чтобы он понимал, что Родина — это не только территория, границы и институты власти. Это, прежде всего, родной язык, религиозные святыни, национальная культура, историческая память, могилы предков, семейные ценности, те самые понятия о добре и зле, которые в сознании народа складывались веками. В этой связи, на мой взгляд, очень точное определение патриотизму дал Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Вслушайтесь: «Патриотизм – это верность Божественному замыслу о твоей земле и о твоём народе».
Если всё это так, то почему патриотическое воспитание порой не достигает своей цели? Причина, мне кажется, одна — это разрыв, который сегодня можно наблюдать в семейной и общественной жизни между теорией и практикой, между словом и делом, а в глобальном измерении между землей и Небом, между человеком и Богом. Вы все практики, потому буду с вами предельно откровенен, не стану подбирать ласкающие слух полуправдивые слова — соединить описанный выше полураспад личности способна только Высшая идея, Абсолют, Высший Разум – Бог! А все то, что мы видим сегодня в разных сферах жизни, о чем говорим в приватных беседах, не находя объяснения очень многому происходящему вокруг – задолго до сего дня сказали наши предки: «Все от того, что живем без Бога в сердце и без царя в голове» …
И вот эту нашу взрослую нецелостность ребенок безошибочно распознаёт, чувствует и видит, когда взрослые фальшивят. Если в школе ему говорят о достоинстве труда, а дома успех измеряют только деньгами; если на уроке говорят о культуре русской речи, а дома он слышит мат; если мы рассказываем о служении Отечеству, но сами ежедневно демонстрируем принцип «это не моё дело», — тогда ребёнок усваивает не патриотизм, он усваивает двойные, даже тройные стандарты жизни: одно надо говорить, другое — думать, третье — делать.
Константин Дмитриевич Ушинский предупреждал именно об этом: высокая истина, которой не соответствует окружающая ребёнка жизнь, рискует стать для него лишь «фразой, годной для урока». Мне кажется, это один из самых серьёзных вызовов современной школе. Ведь для патриотизма опаснее всего не критика. Для патриотизма опаснее всего изношенность, обиходность. Конструктивная небезразличная критика может быть определенной формой любви, а изношенный, протокольный патриотизм – никогда. Патриотизм ребенка заканчивается там, где начинается безразличие взрослых. Поэтому в процессе нравственного воспитания семья и школа должны быть едины.
Современные психолого-педагогические исследования подтверждают: вовлечённость семьи и партнёрство родителей со школой оказывают положительное влияние не только на учебные, но и на социально-эмоциональные результаты ребёнка.
Школа не может заменить семью (да и не должна этого делать). Семья же не имеет морального права сдавать ребенка на воспитание в школу, как одежду в химчистку: отдали ребёнка, а через одиннадцать лет, верните нам готового гражданина. Так не бывает! У ребёнка одна жизнь, а не две – домашняя и школьная. А если эти две части его мира еще и говорят на разных нравственных языках – внутренний конфликт неизбежен.
Поэтому, нам сегодня необходим настоящий союз взрослых в окружении ребёнка. Нужны разговоры с родителями о семейной памяти, о языке, о том, как говорить с их подростком о добре и зле, о свободе и ответственности, в конце концов, о цифровой среде, которая сегодня повсюду. Многое делается, не оспариваю. Но, предполагаю, следует подумать о еще большем расширении совместных исторических, краеведческих, добровольческих проектов. Нужно возвращать семейную историю в историю страны. Пусть ребёнок узнает не только дату великого события, но и то, где в этот день был его прадед. Не только имя героя из учебника, но и имя человека, чья фотография стоит дома. Не только историю Дона, но и место собственной семьи в этой истории. Потому что память, у которой есть лицо, сильнее любой методички и искусственного интеллекта.
Сегодня многие задаются вопросом: может ли искусственный интеллект заменить учителя? Я уже многократно об этом говорил и скажу вновь: никакая нейросеть не способна восполнить живое общение педагога и ребёнка. Однако приобретает остроту и другой вопрос: не заменил ли искусственный интеллект самих родителей и их естественный интеллект? …
Ведь не секрет, что многие занятые родители обрадовались эффективному способу увлечь детей с помощью цифровых технологий. Современные дети научаются тыкать пальчиком в экран порою раньше, чем начинают говорить. На наших глазах произошло переключение «игрового детства» – когда ребенок рос во дворе, среди своих сверстников, в живом общении со всей сложностью окружающего мира – на детство «компьютерное» и «смартфонное». И уже сейчас мы наблюдаем, как кривые статистики тревожных расстройств, депрессий, попыток суицида среди детей и подростков ползут вверх. И это «великое перепрограммирование детства» фактически лишает ребенка опыта живого общения с родителями. Как я уже сказал, при большом одобрении со стороны последних… Поэтому сегодня приоритетное значение имеет именно живое общение и живые встречи взрослых и детей.
Наш общий опыт таких встреч (священнослужителей и педагогов) со старшеклассниками в формате «Разговоров о важном» показал, насколько востребован среди подростков честный разговор — не лекция, диктующая темы сверху вниз, а пространство, где не запрещены сложные вопросы и происходит общение от сердца к сердцу. В ходе реализации этого проекта мы говорили о предназначении человека, разбирали реальные ситуации выбора между добром и злом, дискутировали о свободе и вседозволенности, говорили о честности, милосердии, уважении к старшим. И те, кто принял участие в этих встречах со стороны учителей ещё раз убедились: подросток не боится сложного ответа. Он боится фальшивого слова.
Поэтому нам нужен новый инструментарий патриотического воспитания. Не более громкий, а более честный. Не только сообщающий информацию, но вызывающий доверие. Не только объясняющий ценности, но дающий возможность жить по ним и действовать ими. Потому что дети могут спорить с нашими словами. И всегда замечают ошибки в нашей жизни.
Волонтёрское служение, забота о пожилых, помощь нуждающимся, поисковая работа, краеведение, сохранение памятников, проекты семейной памяти — всё это чрезвычайно важно по одной простой причине: в этих действиях патриотизм перестаёт быть обычным существительным, в них он становится глаголом — действием! Потому что любить — значит делать. И, может быть, это самый важный вывод, которым я хотел бы сегодня поделиться с вами.
Не малую опасность подмен таит в себе патриотизм в отрыве от его глубоких духовных корней (я уже коснулся этой темы несколько выше). Это так называемый «светский патриотизм», ритуализованный, в котором служение земному отечеству трактуется без всякой привязи к идеалам Отечества Небесного. Такой извод патриотизма не требует нравственных усилий над собой. Он находится вне категорий добра и зла. Он мыслится лишь как инструмент социального регулирования, если не сказать больше – манипулирования. Это чудовищная ложь! Потому что патриотизм без нравственности легко становится декорацией. Так же, как и наука без нравственного измерения превращается в великолепное зло. Понимание этого непреложного закона должно лечь в основу всех наших совместных педагогических решений и действий.
Святейший Патриарх Кирилл в своём докладе на Международных Рождественских образовательных чтениях в 2026 году особо подчеркнул: «знания, оторванные от нравственного начала, остаются лишь инструментами; образование становится подлинным просвещением лишь тогда, когда соединяется с нравственной целью». То есть, для Церкви источник нравственного закона не меняется вместе с модой, рейтингами или большинством голосов. Ибо если допустить, что добро определяется голосованием, то однажды зло может собрать большинство…
Это же касается и патриотизма, который не должен превращаться в обычный инвентарь политтехнолога. Патриотизм без духовной первопричины – это всего лишь имитация, которая, наверное, еще сможет ответить ребёнку на вопрос: «от чего необходимо защищать Родину?». Но будет совершенно неспособна дать ответ на вопрошание: «а ради чего ее необходимо созидать?» Поэтому в патриотическом мышлении необходим критерий, который был бы выше обычной человеческой выгоды. И для христианина таким критерием являются Бог, Его заповеди, а также совесть как внутреннее свидетельство нравственного закона.
Акцентом на этом единстве между духовной жизнью и земной ответственностью я бы и хотел завершить свое выступление, предлагая этот идеал как единственно возможный путь и для решений, и для последующих действий.
Пусть наступающий 2026–2027 учебный год принесет всем вам, дорогие мои, ту самую радость, которая бывает на сердце у человека, когда он видит добрый плод своих трудов. И пусть в новом учебном году у нас получится не только рассказать детям о любви к Родине, но и показать им, как этой любовью можно жить и действовать.
Благодарю за внимание.